А теперь — Горбатый!

Как известно, разнообразные сведения об истории нашего города хранятся не только в пыльных папках архивов. Многое сберегает для нас и живая человеческая память

Поколения за поколениями наследуют драгоценные крупицы истории, передавая их изустно, от одних рассказчиков другим, не менее красноречивым и вдохновенным. Так рождается особый фольклорный пласт истории – легенды, были, сказания…

Некоторые считают такую историю единственно подлинной, поскольку она, по их мнению, является свободной от цензуры, конъюнктуры и угодничества перед сильными мира сего. Другие, напротив, приравнивают такую «историю» к слухам, ибо никто из компетентных лиц не озаботился подтвердить ее подлинность официальными документами.

Мы же, со своей стороны, можем лишь дать уверения в том, что все нижеизложенное опирается на подлинные воспоминания очевидцев и непосредственных участников описываемых событий, репутация которых в наших глазах безупречна.

Итак, в те времена, когда могучие тополя в нашем городе еще только сажали, а не спиливали, как ныне, совсем еще юный Кирово-Чепецк называли «городом трех Т» — по начальным буквам фамилий руководителей крупных предприятий: Терещенко, Тимонюка, Троегубова. Так тысячеустая народная молва отметила ту выдающуюся роль, которую сыграли эти люди в судьбе Кирово-Чепецка.

Яков Филимонович Терещенко был директором химзавода, Александр Петрович Троегубов руководил стройкой, а Михаил Матвеевич Тимонюк возглавлял ТЭЦ. Все трое принадлежали к «поколению титанов» – масштабы их личностей соответствовали героическому времени, выпавшему на их долю. Вместе с тем каждый из них имел некие особинки в характере, заметно проявлявшиеся благодаря «волшебному зеркалу власти».

Яков Филимонович Терещенко остался в памяти людей как созидатель, гуманист, подлинный «отец города», особо благоволивший к детям и спортсменам.

Александра Петровича Троегубова вспоминают как человека высококультурного, на редкость справедливого и скромного, благодаря чему он имел огромный авторитет даже у таких отчаявшихся людей, как заключенные зон, откуда в те суровые годы черпалась почти дармовая рабочая сила, возводившая город.

Михаил Матвеевич Тимонюк был волевым человеком. Руководство электростанцией он принял в 1943 году. В ту пору Кирово-Чепецкая ТЭЦ была самой мощной в области и имела важнейшее оборонное значение. В Кирово-Чепецком рабочем поселке Михаил Матвеевич ощущал себя полновластным хозяином. Стиль его руководства, да и поведения сегодня сочли бы авторитарным, что было характерно для многих руководителей военного времени. Однако в случае с Тимонюком, по воспоминаниям современников, все усугублялось своеобразными чертами характера, прежде всего — невероятным упрямством и болезненным ощущением собственной значимости. Убедить Тимонюка в чем-либо противоположном его мнению было делом немыслимым. Он из принципа все делал наоборот. Прямым следствием непростого характера директора ТЭЦ явилась история со строительством Горбатого моста.

А дело было так. Тогда большая часть населения обитала в поселке ТЭЦ, который в те годы был ухоженным, утопающим в зелени и довольно многолюдным.

Особенно бойким было место у клуба «Заря» — сюда отовсюду стекались люди, чтобы приобщиться к «важнейшему из искусств». По вечерам там яблоку негде было упасть. К тому же за клубом была устроена волейбольная площадка, где до самых сумерек взлетал над сеткой мяч.

Картину портило только то, что рядом с «Зарей» был переезд через железную дорогу, по которой из Каринторфа шли составы с топливом для электростанции, и на этом переезде образовывались адские пробки. Дело в том, что на территории ТЭЦ была устроена весовая, и пока проходила неспешная процедура взвешивания вагонов, огромный «хвост» из них в буквальном смысле слова «железной стеной» перегораживал поселок надвое. Ни проехать, ни пройти, а шнырять под вагонами себе дороже…

Не раз предлагали Тимонюку разрешить тем или иным способом проблему, доставлявшую много неудобств всему поселку. Предлагали ему перенести весовую в глубь территории ТЭЦ или, наоборот, вынести ее за пределы станции, где «хвосты» составов никому не помешают. Но Тимонюк в очередной раз уперся и показал всем, кто здесь хозяин.

Только из-за этой его прихоти и пришлось построить Горбатый мост как единственно возможный способ преодоления начальственного каприза. И стоит он памятником случившемуся некогда ведомственному конфликту, и продолжает исправно нести свою службу, хотя давно не грохочут под ним составы с торфом, да и сами рельсы уже разобраны…

Нельзя сказать, что директор ТЭЦ Михаил Матвеевич Тимонюк был глух к нуждам людей. Напротив, заботясь о работниках электростанции, он в 1958 году распорядился построить над железнодорожными путями неподалеку от проходной ТЭЦ мостик — пешеходный переход. Вызвал строителей и поставил задачу – чтоб был. У него поинтересовались, есть ли чертежи? Он ответил: «Какие вам еще нужны чертежи? Я вам сейчас сам все нарисую!» Ему возразили – чертежи необходимы, и чтобы там все размеры были, например, высота ступеней… Тимонюк недовольно поморщился. Встал. Поднял ногу – вот такой высоты ступени делайте!

Десятилетие спустя другой человек, Никита Сергеевич Хрущев, примерно так же соизмерял своим державным телом размер туалета в предлагаемых народу будущих «хрущевках»: «Уж если я здесь поместился, то и все здесь поместятся!» Очевидно, это был «стиль эпохи».

А история с Горбатым мостом получила неожиданное продолжение. С продуктами в то время было неважно. Вот и решил Михаил Матвеевич Тимонюк, что неплохо бы электростанции обзавестись собственным свинарником. И место для свинарника уже присмотрел…

Но тут все его «капризы» ему и припомнили. Председатель горисполкома Иван Васильевич Потапов идею устроить в городской черте свинарник похоронил — показал, кто в городе хозяин. А в 1968 году на месте несостоявшегося свинарника Яков Филимонович Терещенко построил каток с искусственным льдом, четвертый в нашей стране. До той поры такие катки имелись только в городах-миллионниках. А еще позднее на этом месте был воздвигнут ледовый дворец «Олимп-Арена».

Сложись история начальственных взаимоотношений иначе, может быть, не было бы сейчас никакого Горбатого моста, зато был бы на месте ледового дворца… свинарник! Неисповедимы пути создания городской инфраструктуры…

Владимир Северюхин, ст. научный сотрудник музейно-выставочного центра

Ранее мы писали:

А теперь — Горбатый!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

правила