Роман исторический – герой современный

В декабре библиотеке им. Н. Островского исполняется 70 лет. Библиотека знакомит своих читателей с новинками книжного рынка.

Одна из тенденций современной российской прозы – обращение к тому времени, когда страна жила при социализме. Однако авторы не стремятся реконструировать советскую эпоху. На первый план выходит решение сегодняшних «больных» вопросов, исследование изнанки души нашего современника.

1980: церковь и человек

Исторический фон для романа Александра Архангельского «Бюро проверки» – лето 1980 года, душная Москва, закрытая из-за Олимпиады. Герой романа аспирант и стройотрядовец Алексей Наговицин приезжает домой, получив загадочную телеграмму.

Алексей проживает формально обычную и даже успешную жизнь молодого ученого-философа. Однако у этой жизни есть оборотная сторона – вера и тайная переписка, которую он ведет с отцом Артемием (телеграмма от него). И все усугубляет любовь к девушке не его круга Мусе – эти чувства создают клубок противоречий, которые он пытается решить, задавая вопросы отцу Артемию. Вскоре Алексея начинает настораживать появившийся в письмах от отца Артемия новый персонаж – отец Серафим, который удивительным образом угадывает события жизни Алексея. Ясновидение? Советская действительность подсказывает другое объяснение. Девять дней, проведенные героем в Москве, проходят в атмосфере подозрения и ожидания доноса. От кого ждать предательства: от новых приятелей, представителей золотой молодежи, от друзей и «бывших» Муси, от сокурсницы Анны Насоновой, которую отец Артемий прочит ему в невесты? И кто такой отец Артемий, которого Алексей никогда не видел?

Человек и государство, человек и церковь – эти отношения автор проецирует из 80-х в современность. Герой, который вроде бы полностью готов уверовать, постоянно чувствует в себе отторжение церкви. Финальная сцена романа: похороны Высоцкого, которые он сравнивает с многолюдной похоронной процессией в Индии – «прекрасная и всеживая смерть» кумира миллионов.

1941: писатель и государство

Войны в романе Дмитрия Быкова «Июнь» нет, но все герои приходят к тому, что она неизбежна. И на эту войну призваны самые невоенные на первый взгляд люди, которые работают со словом. Каждый из них мог бы стать альтер эго автора. Таким образом, главным в романе становится отношение пишущего человека, гуманитария, к государству.

Вокруг филолога и молодого писателя Миши Гвирцмана, героя первой части, идут разговоры о войне как искупительной жертве за личную вину каждого. Теперь только война может уничтожить «огромное, невыносимое зло». Зло «растет и пухнет» по обе стороны границы, разные герои нет-нет да озвучивают мысль о том, что война сотрет и искупит все. Вопрос – что? Отвращение у героя вызывает советская литература, непосредственными создателями которой становятся его бывшие сокурсники по ИФЛИ, которые выступали за его отчисление. Символично, что вуз, из которого отчислили Гвирцмана, закрылся с началом войны и сгинул, как и вся «неправильная» довоенная жизнь.

Герой второй части журналист Борис Гордон приходит к осознанию неотвратимости войны, наблюдая по газетным передовицам изменение отношений между СССР и Германией, где ключевым событием становится пакт Молотова – Риббентропа. Когда Гордону становится окончательно ясно, что СССР готов «дружить» с Германией, которой правят нацисты, он постепенно приходит к идее предательства, заложенного в русском народе исконно. Отделяя себя от него, утверждая свое еврейство, он встает на позицию стоика, готовясь принять любые испытания.

Герой третьей части Игнатий Крастышевский может оказывать метафизическое действие на людей и события посредством составления текстов. Цель его «шаманства» – предотвратить надвигающуюся войну. Поняв, что его усилия приводят к катастрофе, он совершает последнюю попытку спасти страну – в утро, когда начинается война, он поднимается на крышу и, обращаясь к Вестникам на санскрите, готовит страну к полной боевой готовности.

Мы уже писали:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Правила   Политика конфиденциальности