Дети, пережившие войну

Рожденным после войны в полной мере не понять то, что пережито военным поколением. Давайте с уважением и вечной благодарностью слушать, чувствовать и хранить в памяти рассказы ветеранов. Ивану Герасимовичу Кулешову было неполных 7 лет, когда началась Великая Отечественная война.

Иван Герасимович, вы относитесь к поколению «дети войны». Что вы помните из довоенного времени?

— Наша семья жила в деревне Гавриловке Кировского района Калужской области. Маму я не помню – ее убило грозой, когда мне было всего два года. После этого 5-летнюю сестру Прасковью на воспитание взяла бабушка по материнской линии Ирина Сергеевна Фомина, которая жила в другом районе – в деревне Усовке. А я с братом Федором — он старше меня на шесть лет — остался с отцом. Через некоторое время отец снова женился, и нас воспитывала мачеха, которую, как и маму, звали Мария. Она родила девочку. Отца вскоре забрали на Финскую войну, затем – сразу на Великую Отечественную, и больше мы его не видели. Он погиб зимой 1942 года.

Как весть о начале Великой Отечественной войны настигла вашу семью?

— Я не помню, как узнал, что началась война, но помню, что мачеха и соседка строили блиндаж. Для нашей и соседской семьи (на 8 человек) он был выкопан в саду дома неподалеку. Немцы нагрянули в Гавриловку в сентябре 1941-го года. Мы спрятались в блиндаже. Целый день через деревню шли войска: машины, мотоциклы, — наверное, не одна тысяча немецких военных. Нашу деревню сдали без боя, иначе все мы погибли бы. Местных жителей выгнали жить в сараи, а сами немцы расположились в домах. В нашем палисаднике они устроили кухню.

Помню, немец стал мыть руки и попросил жестами мыло, а мой брат выругался: «Шиш (только слово было покрепче) тебе, а не мыло!». Офицер все понял, схватился за пистолет и направил его на Федора. Тогда мачеха с криками заслонила его грудью, и немец не стал стрелять — только выругался по-своему…

Бабушка с моей сестрой вскоре перебрались к нам из соседнего района – их деревню тоже заняли немцы, а я заболел брюшным тифом. Брата забрала к себе родная тетя (по маме), и они с ее детьми переехали в Рязанскую область. А нас с бабушкой и сестрой, когда советские войска освободили Гавриловку и Усовку, в 1942-ом году эвакуировали в Тульскую область.

Какие еще события периода оккупации врезались в память?

 — Помню, в небе над нашей деревней наблюдал бой советского и немецкого истребителей, у которых в итоге закончились патроны. Еще видел, как летел наш горящий самолет, за ним на поле бежала вся Гавриловка, но «Мессершмитт» начал стрелять в толпу и развернул ее назад.

Как-то мы с соседским мальчиком украли у немцев с их солдатской уличной кухни банку тушенки и съели. Про это прознал немецкий повар, наставил на нас карабин, но стрелять не стал — только попугал. А прутьями выпорол сильно, так что больше мы ни к кухне, ни к повару не приближались.

К зиме мы откармливали поросенка и прятали его от немцев: утром брат угонял его от дома, а вечером приводил назад. Однажды за этим занятием он попался внезапно появившимся из леса немцам, и они застрелили поросенка. Лучшую часть туши забрали себе, остальное оставили нам.

Возвращались поздней осенью на молодом жеребенке из леса с дровами. И на поле нас начал обстреливать вражеский самолет. Мы очень испугались, но он не попал ни в нас с братом, ни в жеребенка – скорее всего, летчик просто потешался над нами.

Расскажите о периоде эвакуации.

— Нас втроем поселили в маленькую комнатушку с печкой. Жили мы бедно, есть было нечего, и нам с сестрой приходилось побираться. Что подадут, то и ели: картошку, свеколку или хлебушек. В школу мы зимой не ходили – ни у меня, ни у сестры подходящей одежды не было.

В колхозе осталось много скота – коровы, лошади. Пастухом был вернувшийся с войны без руки мужчина – других не было. Мне тогда шел 11-ый год, парень я был рослый, и меня попросили отдельно стеречь рядом с селом маленьких телят, 27 голов. Столько слез я пролил… На улице жарко, оводы жалят – телята хвост подняли и бежать по огородам! Женщины ругаются, да где мне угнаться за этими телятами! Но справлялся все-таки. Почти полгода я так работал, и за это правление колхоза наградило меня пудом ржи. Мы с сестрой ее измололи, а бабушка что-то готовила.

В эвакуации в Тульской области мы были около трех лет — до апреля 1945 года, затем вернулись на родину.

Что, на ваш взгляд, самое страшное для ребенка, заставшего войну?

— Страшно видеть смерть: наших мертвыми не видел, а немцев видел много. Да и после войны на минах подрывались, бывало. Сам нарвался в 1949 году на противопехотную мину – в результате лишился пальца на руке и на ноге.

Еще одна беда – голод, болезни. В эвакуации я узнал, что такое колтун на голове, вши и незаживающие язвы, а еще переболел корью.

Дети войны, очень быстро взрослели…И мне пришлось рано повзрослеть.

Как вы узнали об окончании войны?

— Из газеты «Правда». Ее вывешивали около сельсовета. Детишки прыгали от радости, взрослые ура не кричали, но воодушевление и радость, конечно, чувствовались.

Как сложилась ваша жизнь после войны?

— Сначала жили в Усовке вчетвером: бабушка и мы с сестрой и братом. Я окончил 5 классов, работал водоносом, прицепщиком, затем выучился на каменщика и строил бетонные переправы через реку. В 17 лет отправился в Молотовскую (ныне Пермскую) область на лесоразработки. Потом меня призвали в армию, вернулся в Калужскую область, работал электриком. Затем меня отправили учиться в Горький на электромонтера, а позднее я устроился на машиностроительный завод, потом перешел на тепловозостроительный. Снова отучился и стал работать в сборочном цехе.

В 1960-ом году меня перевели на завод в Кирово-Чепецк. Предприятие было тогда засекречено. 15 лет я отработал бригадиром в железнодорожном цехе по ремонту подвижного состава и тепловозов. Затем мне предложили перейти в 144-ый цех слесарем по ремонту аппаратурного оборудования. Все это время также активно вел общественную и политическую работу. В апреле 1985-го вышел с химкомбината на пенсию. Но еще поработал электриком в ОРСе, завхозом в горкоме и других организациях.

Что для вас значит День Победы?

— Конечно, в этот день я испытываю восторг, воодушевление, но ощущаю и грусть: пятеро из нашей семьи ушли на фронт и ни один не вернулся — погибли отец, два родных дяди, двоюродный брат и теткин муж.

Какой бы наказ вы хотели оставить следующим поколениям?

 — Иди прекрасному навстречу,

   Твори, дерзай и побеждай!

   Страна моя, ты знай,

   Что я, все мы — за все в ответе:

   За мир, за труд, за счастье

   На нашей голубой планете!

Досье

Ф.И.О.: Кулешов Иван Герасимович

Дата, место рождения: 5 июня 1934 года, деревня Гавриловка Калужской области

Род занятий: пенсионер, член Кировского регионального отделения Общероссийской общественной организации «Дети войны»

Достижения: ветеран труда СССР, ветеран труда Кирово-Чепецкого химкомбината, ветеран атомной энергетики и промышленности; отличник социалистического соревнования (1967г.), победитель социалистического соревнования (1973г.), ударник девятой пятилетки (1975г.)

Беседовала Людмила Резвова






Дети, пережившие войну

  1. Просто ошибочка:

    отца — отец

  2. Гость:

    Ветеранов не будет,будем чествовать внуков ветеранов…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Правила   Политика конфиденциальности