40 лет назад, 26 апреля 1986 года, произошла крупнейшая техногенная катастрофа ХХ века – авария на Чернобыльской АЭС. Одним из первых ликвидаторов аварии был наш земляк Александр Ворончихин.

Александр Николаевич, вы помните день, когда узнали о Чернобыльской катастрофе?

- Где-то в новостях проскочило, но я не придал этому особого значения. Потом об этом все больше начали рассказывать в газетах и по телевидению. Первого мая я в шутку сказал друзьям, что после праздников и туристической поездки в Москву поеду в Чернобыль. Так и вышло.

Вы сами проявили инициативу?

- Я был бригадиром электромонтеров в цехе на заводе полимеров. Меня и еще нескольких человек однажды вызвали к начальнику цеха. «Так и так, надо ехать в Чернобыль. Кто поедет?» - спросил начальник.

Пацаны молодые - кто после армии, кто после техникума и училища. Мне было 27 лет, двое детей. Говорю: «Я поеду». «Ворончихин, останься. Остальные свободны», - сказал начальник.

Из всех приглашенных вы один поехали на ЧАЭС?

- Съездил в Москву по турпутевке. 13 июня должен был идти свидетелем на свадьбу, взял отгулы. А 12 июня ко мне пришли домой с запиской: «Товарищ Ворончихин, отгулы отменяются, завтра выезжаете. Явитесь в отдел кадров».

Девушка, которая оформляла документы, не знала, как их заполнять. Видимо, я был первым, кто поехал. 13-го выехал, 15-го был в Киеве. Там познакомился с тремя мужчинами - оказались из Кирово-Чепецка: два офицера и один гражданский.

Что было дальше?

- Там я увидел, что такое апокалипсис. Улица Кирова - длинная и прямая: ни одной машины, ни одного пешехода. Дома стоят, кажется, что люди там есть: бутылки с молоком на подоконниках, белье сушится, рыба вялится. Пока шли на базу, нам встретился только один человек.

В первую очередь мы дезактивировали эту базу - залезали на крышу и просто поливали сверху водой. Там на каждой машине было написано - 1,6 рентген. Потом их все в утиль увезли. Далее пошли на объект, куда меня и командировали, - на строительство бетонных заводов. Когда я прибыл, был один завод, когда уезжал - работало три.

В чем заключалась ваша работа?

- Я электромонтажник. Ставили опоры, освещали дороги, стройплощадку. На блоке были один раз - нужно было установить транспортер для подачи бетона. Так изо дня в день, без выходных. Иногда работали в две смены. Отработал два месяца и 13 августа вернулся домой.

Какой уровень радиации был?

- Каждый день мы сдавали «карандаш» - суточный накопитель, который показывал, сколько мы «поймали». Было от 0,9 до 2 рентген ежедневно в течение двух месяцев. А общую дозу облучения за два месяца мне поставили 1,7 рентгена.

Спустя 10 лет я узнал, что был приказ по Министерству здравоохранения за подписью министра Евгения Чазова – «снижать внешнюю дозу гамма-облучения работникам в 20 раз».

Больше из Чепецка никого не было?

- Приятно было увидеть машины с надписью: «Кирово-Чепецк. Управление строительства» - такая «капелька» на борту. Ребята примерно одного возраста. Заскакиваю в машину: «Привет, земляк! - Привет. Когда приехали? Да тут на неделе». Постоянно высматривал наши КРАЗы с «капелькой».

Какие средства защиты были?

- К сожалению, вначале нам выдавали один респиратор на три дня. Отработал смену, убрал его под кровать, а на следующий день снова надеваешь. Потом наладили снабжение, и их стало столько - хоть каждый час меняй.

Долго не меняли спецовку. Весь потный, пыльный; вешаешь ее в шкафчик, а утром надеваешь все сырое и грязное.

Что еще из увиденного вам запомнилось?

- Жители уехали, а курицы продолжали нести яйца, вылуплялись цыплята. Курицы стали какие-то дикие, бросались на технику, на людей. И лис много развелось.

Когда ехали домой, до Иванково подвезли местных. Они сказали: «Спасибо. Вы - спасатели, защитники. Дай Бог вам здоровья».

Как на вашем здоровье эта командировка отразилась?

- Не верил, что сорок лет проживу после этого. Думал, что мне отмерено гораздо меньше. Когда мы в первый раз сдали кровь, нам тут же велели ее пересдать. Скорее всего, кровяные тельца были здорово побиты.

Огромные военные вертолеты летали там, посыпали все черной присыпкой для снижения радиации. Пыль стояла - на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Мы опоры ставили, а они сыплют и сыплют прямо на людей. Столько мы пыли вдыхали!

Вы много фотографируете на памятных мероприятиях, у вас, наверное, большой архив?

- У меня много фотографий и видео. Я храню их в компьютере и на внешних носителях, но говорят, что это ненадежно.

Есть видео, как мы ставим первый памятник ликвидаторам в Кирово-Чепецке. Это было категорически запрещено. Главой города тогда был Басов. Мы на свой страх и риск сложились деньгами, заказали кран (водитель тоже был наш, чернобылец), поставили и забетонировали. Когда Басов приехал, было уже поздно - памятник стоял. А когда камень стал разрушаться, администрация уже сама стала нам помогать.

Сколько сейчас в Союзе «Чернобыль» человек?

- Как такового союза уже нет. Я читал, что глава городской администрации Игорь Гагаринов возглавил вновь созданный Союз ветеранов боевых действий, куда вошел и наш Союз «Чернобыль». И слава Богу. Знаю, что у него отец был в Чернобыле.

Сталкивались ли вы с такой фразой: «А мы вас туда не посылали»?

- Нам приходилось много судиться за свои права участников ликвидации аварии на ЧАЭС. Юристы в кировском Союзе «Чернобыль» нас очень поддерживали. Одна судья даже сказала: «Вы должны в суд ходить, как зубы чистить, - каждый день». Так и получалось: по 8-9 судов в год.

В Кирове в какой-то организации от одной женщины услышали: «Что вы ходите, что вы топчетесь!» Я ответил, что мы пришли за своим, почему к нам такое неуважение? «Мы вас туда не посылали», - сказала она и ушла.

Александр Николаевич, как вы считаете, стоит ли напоминать молодому поколению о Чернобыльской катастрофе?

- Безусловно, стоит. Чтобы не повторилось. Хотя прошло уже сорок лет, и сейчас на фоне других событий Чернобыль не так актуален. Мы в свое время много выступали в школах, ПТУ, и я считаю, что свой гражданский долг выполнил. А молодежи посоветую: сегодня думайте о будущем страны, а не только о быстром заработке.

ДОСЬЕ

ФИО: Ворончихин Александр Николаевич.

Дата рождения: 23 ноября 1958 года.

Семейное положение: женат.

Хобби: 42 года занимался охотой.

Любимая книга: «Небо войны» А.И. Покрышкина.

Награда: медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.

Кредо: стараюсь быть честным. И от других требую того же. Обманешь - второй раз тебе уже никто не поверит.

Беседовала Майя Ефремова