Многие горожане считают «Дружбу» «визитной карточкой» города.

Дворец культуры химзавода был построен в 1952 году, но имя обрел только спустя 11 лет. Конкурс собрал около 100 предложений по наименованию дворца культуры, а победила работница химзавода Галина Ворожцова. С той поры он и носит имя – «Дружба».

Кстати, в поселке ТЭЦ был такой же дворец культуры, построенный в 1957 году. Назывался он «Энергетик», но до наших дней не сохранился, став жертвой лихих 90-х и ошибки в отношении места его строительства. Тогдашний директор ТЭЦ руководствовался выгодой прокладки коммуникаций от электростанции, располагавшейся поблизости. Он не смог предугадать, что жилой поселок ТЭЦ через пару десятилетий станет выморочным, и дворец культуры окажется где-то на отшибе, чтобы еще через пару десятилетий «украсить» город своими руинами. Сложись иначе, «Энергетик» построили бы в «тэцевской» части города, в районе центрального рынка, и сегодня у «Дружбы» был бы брат-близнец.

К слову, близнецов у «Дружбы» по всей стране множество – проект это типовой. Однако именно нашу «Дружбу» от всех ей подобных отличал выраженный «прибалтийский акцент».

«Крестная мать» дворца культуры, дав ему имя, не подозревала, насколько точно название отражает историю его строительства, ибо наша «Дружба» – это своего рода памятник дружбе народов, оказавшихся здесь не по своей воле. Известно, что в строительстве дворца культуры участвовали люди разных национальностей. Например, над лепным изображением герба Советского Союза, украшающего фронтон дворца, работал украинец. Он был бригадиром отделочников, с «активной жизненной позицией» – будучи расконвоированным, пытался войти в лирические отношения с секретаршей стройуправления!

Среди строителей «Дружбы» были и люди из Прибалтики. За какие грехи перед советской властью они оказались в Чепецке? Кто знает… Времени с той поры прошло немало, и старожилы сейчас уже не могут сойтись во мнении даже о национальности этих людей. Одни говорят – латыши, другие – эстонцы. 60 лет назад свидетели были еще детьми. По детским воспоминаниям, эти люди, говорившие на чужом языке, вообще были «пленными немцами». В те годы военнопленные жили в колонии в Чепце, по крайней улице которой – «односторонке» (ныне это улица Революции) их водили в поселок ТЭЦ строить там другую колонию. В детской памяти отложилось, что «немцы», работавшие на строительстве «Дружбы», рядом, в только что построенном первом квартале будущего города соорудили «стеклянные клумбы»! Эти «клумбы» были выложены, как мозаика, из стеклянных осколков, изнанка которых выкрашена в разные цвета масляной краской. Получились своего рода «витражи», может быть, напоминавшие им о церквах далекой родины. 

Захар Львович Баскин, доктор химических и технических наук, а в те годы молодой специалист, утверждает, что эти «немцы» на самом деле были эстонцами и что именно эстонские художники расписывали стены внутри «Дружбы». По его воспоминаниям, оформление вестибюля было достаточно скупым, сдержанным. Акцент был сделан на оформлении фойе второго этажа, перед зрительным залом. В настенных росписях там присутствовали и орнамент, и сюжетная живопись. Стиль росписей, их цветовая гамма были характерными именно для эстонских художников. На фотографиях более позднего времени, 60-х годов, видно, что стены фойе украшены уже только лепниной, а собственно росписи видны только на арочном потолке — внутри квадратов, образуемых кессонами, в каждом из которых изображен орнаментальный элемент в виде медальона.

К сожалению, «прибалтийский акцент» в оформлении интерьера дворца культуры канул в Лету. Сохранились только лепнина, уже весьма скудная, а также литые стойки перил и роскошная люстра, которую в середине 50-х годов привез из Кирова на грузовике ЗИС-5 Алексей Тимофеевич Бровцын, отец известного фотографа Анатолия Бровцына. От творений же эстонских художников не осталось ничего.

В нашем городе существует прискорбная традиция неумения ценить уникальное. К примеру, фойе дворца спорта «Олимпия» некогда украшали изображения наших выдающихся спортсменов, выполненные масляно-восковой живописью признанным мастером – Юрием Васильевичем Поповым. Однако ныне это произведение монументального искусства уже не увидеть. А ведь когда-то его фотографировали для газеты «Советский спорт»! Фойе дворца культуры строителей «Янтарь» было расписано художниками Ленинградского художественного фонда. Причем, целых два этажа. Это был яркий образец монументальной живописи так называемого «сурового стиля». Его фотографии печатались в специализированных каталогах и атласах! Пока работал Владимир Иванович Кочкин, почти забытый ныне художник, – был в «Янтаре» человек, понимавший значительность этого произведения. Но его не стало, а потом не стало и росписей.

Давайте помечтаем. Может быть, когда-нибудь рука реставратора будет, слой за слоем, снимать напластования «славных 90-х» со стен наших дворцов культуры (и улиц тоже), чтобы открыть новому поколению горожан истинное, прекрасное лицо Кирово-Чепецка. И бесценными будут фотографии, сделанные в «Дружбе» в начале 50-х годов по разным торжественным случаям, где можно увидеть за спинами позирующих задний план, фон, дающий представление о прежнем оформлении дворца культуры со следами «прибалтийского акцента». Устройте ревизию семейных альбомов — в городском музее все еще надеются на чудо.

Подготовил Владимир Северюхин, старший научный сотрудник музейно-выставочного центра

Фото: архив городского музея