Мы никогда не видели своего деда, участника Великой Отечественной войны. Рядовой Александр Данилович Хозяйкин погиб 5 июня 1942 года. Родом он из починка Осинский Ярского района Удмуртской АССР. Корни вятские. Забрали деда на войну в конце июня, в разгар сенокоса. Односельчане вспоминают: «Собрали всех мужиков в починке, посадили на две телеги и увезли в райвоенкомат. Все, кто остались: женщины, стар да млад - провожали, голосили. И без того небольшая деревенька опустела совсем».

Дорога на войну

127-я особая стрелковая бригада, в которую попал Александр Данилович, была сформирована в декабре 1941 года. Вплоть до 25 апреля 1942 года дислоцировалась в Молотовской (Пермской) области, где вела боевую и политическую подготовку. 22 апреля был получен приказ о выдвижении на Северо-Западный фронт. Переброска частей осуществлялась по железной дороге от разъезда Юг до станции Валдай шестью эшелонами. Вооружение бригада получила в Валдае.

Однако Валдай не был конечной точкой пути. Бригада должна была добраться до Старорусского района Новгородской области, а это около 200 километров. Этот путь бригада преодолела пешком. Со всем вооружением, пушками, минометами, боеприпасами и прочим скарбом. Чтобы не быть обнаруженными авиацией противника, марш совершали по ночам. Днем личный состав отдыхал. При этом на дневках обеспечивалась тщательная маскировка с воздуха. Шли в течение семи дней. К утру 24 мая прибыли на место и сосредоточились в районе сел Гонцы, Плешаково, Ершино, где бригада вошла в подчинение командующего 11-й армией.

Рамушевский коридор

Шесть немецких дивизий 2-го и 10-го армейских корпусов, около 100 тысяч человек, включая небезызвестную дивизию СС «Мертвая голова», оказались тогда в полном окружении, так называемом Демянском котле. Это было первое крупное окружение немецких войск во Второй Мировой войне. 21 апреля 1942 года ценой больших потерь немцам удалось прорвать фронт советских войск и соединиться с окруженной группировкой в районе деревни Рамушево Новгородской области. Попытки ликвидировать образованный гитлеровцами Рамушевский коридор (немцы называли его «коридором смерти») успеха не приносили. Через полоску суши длиною около 40 километров и шириною до 10 километров проходила дорога, соединявшая Старую Руссу с Демянском. Для окруженных немецких войск она была «дорогой жизни», и они ее защищали, не считаясь с потерями. Перед 11-й армией стояла задача: во что бы то ни стало ликвидировать образованный гитлеровцами коридор. С мая по июнь 1942 года войска Северо-Западного фронта трижды переходили в наступление с целью разгрома демянской группировки врага.

Очередное наступление у деревни Присморжье началось 5 июня в три часа утра. В этот день 127-я особая бригада потеряла почти 400 человек! Солдаты вцепились зубами в землю и отдавать ее врагу не собирались. Когда бой закончился, все поле было усеяно трупами. Бились с фашистами насмерть. Голыми руками друг друга рвали. На том поле боя остался и наш дед, рядовой стрелок Александр Данилович Хозяйкин... Думаем, что это был его первый и последний бой.

Демянские наступательные операции, а их насчитывается девять, считаются неудачными: захлопнуть Рамушевский коридор не могли до 1943 года. Но благодаря активным действиям Северо-Западного фронта нашим войскам удавалось сковывать существенные силы противника, не допустив их переброски и использования на других участках.

Воспоминания солдат

 Условия боев в коридоре были суровыми до невозможности. Бесчисленные болота не позволяли построить ни настоящего окопа, ни прочного блиндажа. Наземные укрытия в виде невысоких двойных стенок из кольев с набросанной между ними болотной грязью вперемешку со мхом не спасали от обстрела. Шедшие почти непрерывно майские ливни пропитали землю влагой даже на возвышенностях. В окопах и блиндажах стояла вода, и ее надо было постоянно вычерпывать. Ночью в блиндаже для освещения жгли немецкий телефонный провод. Он очень чадил, и утром бойцы долго откашливались, сплевывая черную мокроту.

Судя по датам, всего две недели был наш дед Александр на передовой. Что пришлось ему пережить, о чем он думал перед атакой, что ощущал? Ветераны вспоминали, что последние минуты перед наступлением самые тяжелые. Время тянется медленно, а в голове одна думка - останешься жив или нет. «Когда на смерть идут - поют, а перед этим можно плакать. Ведь самый страшный час в бою – час ожидания атаки», - пел Владимир Высоцкий.

Возможно, дед, которому было всего 36 лет от роду, чувствовал приближающуюся смерть. Но полностью быть готовым к смерти невозможно. Организм бастует до последнего, он хочет жить, боится смерти. Потому-то и страшен так этот период томительного ожидания. Верю, что дед не позволил страху одержать верх. Он стоял на защите родной земли, своей деревни, семьи, единственной дочки.

Похоронка

Мы не знаем точно, где покоятся останки деда Александра. В похоронке значится: Ленинградская область, Старорусский район, д. Присморжье. Хоронили погибших в том бою наспех, в братских могилах, траншеях, присыпали землей, потом перезахоранивали. Мама говорила, что его нашли поисковики. Так ли это, точно не знаем. В детстве, вглядываясь в подретушированный портрет солдата, остро ощущали его нехватку в нашей жизни. Завидовали друзьям, чьи родные вернулись с войны. Нам очень хотелось, чтобы наш дед тоже был живой и рядом…  

Лидия Вахрушева